Кому закон не писан?

Почему российская Фемида закрывает глаза на приобщение к материалам уголовных дел заключений специалистов? Оказывает ли Сбербанк влияние на судебный процесс? Как связано преследование Константина Вачевских с его свидетельскими показаниями в громком деле о коррупции высшего менеджмента крупнейшего банка страны? На эти вопросы пытается ответить корреспондент газеты «Московский Комсомолец» Анна Петрова.

В марте 2017 г. Президент РФ Владимир Путин внес в Госдуму РФ поправки в ст. 53 УПК РФ, обязывающие судей приобщать к материалам уголовных дел заключения специалистов, а также допрашивать специалистов, если они находятся в зале суда. Поправки вступили в силу 17 апреля 2017 г. Однако Кировский районный суд Хабаровска не спешит их выполнять.

Подчас судебные дела, кроме как изумления, ничего не вызывают. Не стала исключением и нашумевшая история бизнесмена Константина Вачевских, который обвиняется в мошенничестве. Следствие полагает, что владелец ОАО «Амурский кабельный завод» перевел активы предприятия на другие юридические лица, чтобы не возвращать кредит Сбербанку. В результате долг так и остался за Вачевских.

Правда, это видение одной стороны — обвинения. И как подсказывает логика и здравый смысл, по крайней мере, есть еще и другая сторона — защиты.

Однако, по всей видимости, следствие этот момент мало волновал. Они не стали проводить бухгалтерскую экспертизу, необходимость в которой понимают даже люди далекие от правосудия. Без разбирательства в тонкостях ситуации дело было передано в суд.

Но и российская Фемида не стала обременять себя лишними хлопотами. Складывается впечатление , что она и вовсе уже для себя все решила. Во всяком случае, приобщать к делу результаты экспертных заключений не посчитала нужным — хотя, очевидно, особых познаний в бухгалтерском учете суд не имеет.

А в деле Вачевских они просто необходимы, ведь вопрос стоит о кредите. Поэтому, чтобы разобраться в запутанных цифрах, защита привлекла бухгалтера-аудитора с высшим экономическим образованием Т.Ф. Бойко. И, как оказалось, не зря. Профессиональный взгляд Бойко не оставил незамеченными нестыковки в предъявленных обвинениях.

Согласно расчетам специалиста, сумма невыплаченных кредитных средств по состоянию на дату предъявления обвинения Вачевских составляет не 378 023 540,00 руб., а 336 511 106,26 руб. Также вопросы вызывают взаимоотношения с ООО «Предприятие «Стройинструмент». Как выяснила аудитор, на счет этой компании было переведено 27 815 244,39 руб., полученных от Сбербанка, а вовсе не 101 797 699,92 руб., как считает следствие. Кроме того, специалист не нашла первичные бухгалтерские документы, где указывалась бы сумма ущерба.

Однако эти доводы суд почему-то счел несущественными. Он отказался допрашивать эксперта и приобщать его заключения к материалам дела. «Это не относится к предмету доказывания», — заявил судья.

Объективно такое решение может нарушать права на защиту. Чтобы это понять, не надо быть человеком с юридическим образованием. Если бы суд был заинтересован в том, чтобы докопаться до правды, он в целях устранения имеющихся нестыковок и разночтений назначил бы повторную судебную бухгалтерскую экспертизу. Сторона защиты трижды пыталась приобщить к материалам уголовного дела заключение эксперта, и трижды оно было отклонено. Бойко трижды приезжала в суд, но ни разу не вызвалась на заседание. Согласно законодательству, судья может отказать в вызове свидетеля, но если он уже явился в суд, его не имеют права не вызвать. Тем не менее заключение к делу не приобщалось, а специалиста не допросили. Кроме того, суд оставил без внимания многочисленные жалобы Вачевских о том, что он не может в полной мере знакомиться с материалами уголовного дела (в том числе и вещественными доказательствами).

Защита Вачевских связывает его арест с громким уголовным делом в отношении бывших менеджеров Сбербанка. Напомним, в его рамках бизнесмен выступал потерпевшим. В июле 2014 года суд приговорил Вячеслава Похлебина и Павла Коника к 3,5 года заключения за покушение на мошенничество. Бывшие банковские сотрудники вышли на Вачевских с предложением решить его проблему за 100 млн рублей. На тот момент бизнесмен задолжал банку более 700 млн рублей. Однако Вачевских обратился в ФСБ, после чего оперативники задержали как посредников, так и самих банкиров.

Анна Петрова
оригинал материала — на сайте газеты «Московский Комсомолец»

Суд, которому не нужны доказательства

Создается ощущение, что судья уже определился с решением — во всяком случае, результаты новых экспертных заключений он к делу приобщать отказывается. Противоречие в том, что, в соответствии с п.19 Постановления Пленума ВС РФ №28 от 21.12.2010г. «О судебной экспертизе по уголовным делам», для оказания помощи в оценке заключения эксперта по ходатайству стороны или по инициативе суда может привлекаться специалист. А поскольку сторона защиты не обладает специальными познаниями в области бухгалтерского учета, с целью оказания помощи в оценке заключений бухгалтерских и финансово-аналитических экспертиз, защитой была привлечена специалист ИП Бойко Т.Ф., профессиональный бухгалтер-аудитор с высшим экономическим образованием.

Согласно ч.2.1. ст.58 УПК РФ стороне защиты не может быть отказано в удовлетворении ходатайства о привлечении к участию в производстве по уголовному делу в порядке, установленном настоящим Кодексом, специалиста для разъяснения вопросов, входящих в его профессиональную компетенцию, за исключением случаев, предусмотренных статьей 71 УПК РФ. Оснований для отвода специалиста Бойко Т.Ф. не имеется.

На основании вопросов, поставленных защитой перед специалистом, ИП Бойко Т.Ф. составила Заключение специалиста (по ссылке откроется документ в формате pdf). В судебном заседании 13.06.2017 г. стороной защиты заключение специалиста Бойко Т.Ф. было передано суду.

Согласно расчетов, произведенных специалистом Бойко Т.Ф., сумма невыплаченных кредитных средств, являющихся предметом преступления, по версии обвинения, по состоянию на дату предъявления обвинения Вачевских К.Ю. составляет не 378 023 540,00 рублей, а 336 511 106,26 рублей.

Кроме того, специалистом проанализированы иные фактические обстоятельства, имеющие существенное значение для уголовного дела, например, взаимоотношения с ООО «Предприятие «Стройинструмент». Специалистом установлено, что на счет ООО «Предприятие «Стройинструмент» за счет кредитных средств, полученных от ОАО «Сбербанк России» переведено 27 815 244,39 рублей. Между тем, согласно предъявленного Вачевских К.Ю. обвинения, данная сумма составляет 101 797 699,92 руб.

Ни в одной из бухгалтерских и финансово-аналитических экспертиз, имеющихся в материалах уголовного дела, при определении суммы ущерба нет ссылок на первичные бухгалтерские документы ОАО «Сбербанк России», в связи с чем защита вправе проверить обоснованность, предъявленных ОАО «Сбербанк России» претензий к Вачевских К.Ю., связанных с хищением денежных средств.

Из вышеизложенного следует, что заключение специалиста Бойко Т.Ф. от 10.01.2017г. имеет существенное значение для рассмотрения уголовного дела в отношении Вачевских К.Ю. и является доказательством, которое предоставляет защита. Однако судья Бабий отказал в допросе эксперта и в приобщении к материалам дела его заключения. С точки зрения судьи, цитируем «… это не относится к предмету доказывания…»

Объективно, такое решение — прямое нарушение права на защиту. Еще в процессе следствия адвокат Вачевских просила о назначении бухгалтерской экспертизы, но следствие спешило передать материалы дела в суд, и в экспертизе отказало. Суд занимается ровно тем же самым. Гегель писал, что история повторяется дважды — в виде трагедии, и в виде фарса. Благодаря судье Бабию, история дела Вачевских превращается в бесконечный фарс.

Если бы судья был заинтересован в установлении истины, то имея на руках два противоречащих друг другу документа (со стороны защиты и со стороны обвинения), он должен был бы назначить бухгалтерскую экспертизу. В конце концов, решается судьба человека. Однако то, что цифры не бьются, «… не относится к предмету доказывания…» — иными словами, судья считает что для принятия решения ему достаточно одних только доказательств обвинения.

UPD. Сегодня, 27 июня 2017 г., Сергей Анатольевич Бабий повторно отказал в приобщении экcпертного заключения Т.Ф. Бойко.

 

Расписное мошенничество

На compromat.ru опубликован большой материал, посвященный известному коллекционеру А.Н. Еремину. Поводом к расследованию послужили результаты комиссионной экспертизы долговой расписки, которую Еремин дал Вачевских. По решению Верховного Суда, экспертиза прошла в высшем экспертном учреждении страны — Министерстве Юстиции РФ. С его выводами можно ознакомиться по ссылке (откроется документ pdf), а ниже — текст статьи «Расписное мошенничество» от 17.02.2017 г.

Андрей Еремин является одним из крупнейших коллекционеров в России. Вернее даже будет сказать — коллекционеров России. В разговорах он признается, что общая стоимость вывезенных им за пределы страны предметов искусства превышает 500 миллионов евро. Ему удалось завладеть лучшими картинами русского авангарда, ценнейшими произведениями 1910-1930 годов, полотнами Малевича и Васильевой, работами Пикассо, Моне и других блистательных художников. Правда, не всегда его методы работы находят понимание у сотрудников МВД и ФСБ — поэтому и жить коллекционер предпочитает вдали от родины, не рискуя личной свободой.

Причем жить на широкую ногу. Годовая аренда квартиры в Монако, рядом со знаменитым отелем De Paris, обходится ему в 350 000 евро. Аренда отдельной палатки-раздевалки на пляже в Монако (ну а куда без нее) — 60 000 евро в год. Его любовница Ринальдина Власова моложе Еремина на 25 лет, но тратит деньги также со вкусом и размахом, празднуя свои дни рождения в лучших отелях Монако — Эрмитаже или Де Пари. Каждая такая вечеринка, с учетом стоимости приглашенных музыкантов, обходится паре в 300 — 500 000 евро. Кроме того, Еремин приобрел Власовой квартиру в центре Берлина, стоимостью около двух миллионов евро, а себе — роскошный особняк под Франкфуртом-на-майне за 5 миллионов, где и поселил семью.

По оперативным данным МВД, Еремин (в молодости мастер спорта по боксу), являлся активным членом бауманской преступной группировки, с которой и сейчас поддерживает связь. Тем не менее, ни к каким серьезным последствиям это не приводит. Возможно, это связано с поддержкой и покровительством бывшего начальника СД МВД РФ А. Н. Савенкова, с которым коллекционера неоднократно видели. Кроме того, Еремин любит в разговоре щегольнуть дружескими связями с бывшим директором Пушкинского музея Ириной Антоновой, новым директором Мариной Лошак, директорами Третьяковской Галереи и Эрмитажа.

И все же, судя по результатам последних судов с участием Еремина, некоторые проблемы с законом у него все же возникли. И связаны эти проблемы с заявлением московского предпринимателя Константина Вачевских.

Константин Вачевских в феврале 2014 года одолжил Еремину 10 миллионов долларов. Согласно расписке, выданной Ереминым — сроком на один месяц. Однако деньги через месяц коллекционер возвращать не стал.

Вачевских подал на Еремина в суд, и выиграл иск в первой инстанции. Но коллекционер пошел в атаку, написав ответное заявление о том, что Вачевских вымогает у него деньги — и последний очень быстро оказался в Хабаровском СИЗО, где и содержится по сегодняшний день.

Еремин же при этом выигрывает апелляцию по иску о долге. Чтобы это сделать, ему нужно было удалить из дела оригинал расписки. Вы думаете, ответчику невозможно похитить из дела главное доказательство истца? Как выяснилось, в Химкинском суде ответчику могут в этом помочь.

Судебный клерк Александра Щедрина позволила Еремину забрать расписку, когда тот знакомился с делом. Это не прошло для нее без последствий: 14 сентября 2016 ее привлекли в качестве обвиняемой за халатность. И это самое меньшее, что можно вменить ей в вину в отсутствии свидетелей того, чем же простой посетитель смог добиться такого расположения к себе представителя суда.

Из рук Еремина расписка попала к хабаровским следователям, и те провели свою экспертизу. По ее итогам сотрудник хабаровского экспертного центра МВД Мирошникова дала заключение, что подпись Еремина подделана. Забегая вперед — впоследствии были проведены экспертизы самого заключения, и обнаружены грубейшие нарушения ФЗ «Об экспертной деятельности в РФ», а также нарушения всех существующих методик о проведении экспертиз почерка. При этом даже Мирошникова отметила, что Еремин пытался придать своей подписи признаки подделки, сделав сверху подписи обводку, и отразила это в результате экспертизы.

Как оказалось впоследствии, это была не единственная хитрость Еремина. Для сравнения с подписью на расписке эксперту требовался оригинал подписи коллекционера. Поэтому Еремин сделал копию одного из своих старых договоров с музеем им. А.С. Пушкина, где выставлялись принадлежащие ему картины, и подделал на ней свою собственную подпись — возможно, попросил кого-то из знакомых расписаться. При сравнении этой поддельной подписи с подписью на расписке эксперт установил, что между ними есть существенные различия. И, полагая, что сфальсифицированная подпись на договоре с музеем является настоящей, сделал вывод, что, настоящая подпись на расписке — подделана!

Этот трюк сработал бы на отлично — если бы не была проведена еще одна экспертиза, на сей раз подделанного договора. На этом договоре стоит также подпись директора музея им. А.С. Пушкина Антоновой. Эта подпись должна была быть как можно больше похожа на настоящую — поэтому Еремин изготовил ее методом обводки оригинала. К счастью для Вачевских, такой способ оставляет характерный след: бумага с одной стороны становится сильно вдавленной, а с другой — выпуклой. Именно такие выпуклости и вдавленности обнаружил эксперт Роман Глушко, сделав вывод, что договор является фальшивкой.

Однако в 2015 году, когда шел апелляционный суд по долгу Еремина бизнесмену Вачевских, а сам Вачевских уже сидел в СИЗО, об этом еще не было известно. Решение оказалось в пользу Еремина — но в мае 2016 года оно было отменено Верховным судом.

Оказалось, что, вынося определение по апелляционной жалобе, судьи Московского областного суда Филиппова, Аверченко и Алибердова позабыли о существовании Гражданского процессуального кодекса, нарушив с десяток его статей. Они основывались на экспертизе Мирошниковой из уголовного дела против Вачевских — однако эта была экспертиза из дела, по которому не только приговора нет, но даже суд пока не начался! Эксперта Мирошникову в заседание не вызывали и не опрашивали. Более того, судьи вообще никак не потрудились доказать, что расписка, хранящаяся в уголовном деле — именно та, которую Еремин похитил из Химкинского суда.

Собственная экспертиза апелляционной инстанции, проведенная по ксерокопии, сохранившейся в деле, не дала однозначного ответа на вопрос, чья подпись стоит на копии расписки — Еремина или кого-то другого. При этом судьи отказали стороне Вачевских в ходатайстве о дополнительной экспертизе.

Верховный суд определил отменить решение по апелляции Еремина, провести экспертизу Минюстом оригинала записки и рассмотреть ее заново. Два месяца назад, 21 декабря 2016 года, новое рассмотрение наконец состоялось — и на нем новая судебная коллегия определила, что подпись на расписке подлинна, и Вачевских требует 10 миллионов с Еремина совершенно справедливо. С этого дня решение вступило в законную силу.

Таким образом, на сегодняшний день судами в Москве однозначно установлено, что Еремин деньги брал и расписку подписывал. То, что Вачевских при этом более двух лет сидит в СИЗО по ложному обвинению, дает нам представление о том, насколько отработанным выглядит этот механизм из сотрудников подмосковных судов, хабаровских «экспертов», а также скромного жителя Монако Еремина.

Осталось узнать, как на работе этого механизма отразится решение Верховного суда.

Илья Сидоренко

Результаты апелляции А.Н. Еремина

Сегодня, 21 декабря, судебная коллегия Московского областного суда рассмотрела апелляционную жалобу А.Н. Еремина по делу по иску К.Ю. Вачевских о взыскании 10 млн. долларов, а также процентов и судебных расходов. Она оставила в силе решение суда первой инстанции, подтвердив обоснованность иска Вачевских.

Ключевым моментом дела стала судебно-техническая экспертиза расписки, проведенная Минюстом и подтвердившая подлинность подписи Еремина. На этой экспертизе настоял Верховный суд, и именно она легла в основу судебного постановления. В то же время, как гласит апелляционное определение, доказательств несостоятельности экспертного заключения аппелянт предоставить не смог, поскольку приведенные доводы ни на чем не основаны и ничем объективно не подтверждены.

Таким образом, апелляционная жалоба А.Н. Еремина была оставлена без удовлетворения, а решение Химкинского городского суда Московской области от 28 августа 2014 года о взыскании с Еремина суммы долга, процентов и судебных расходов — без изменения.

С текстом апелляционного определения можно ознакомиться по ссылке (откроется документ pdf).

Встать, банк идет

Одно из старейших информагентств страны, Regions.ru, о личном мотиве в деле Вачевских.

Наша страна всегда была страной возможностей. Тут хотелось бы написать «равных», но не получается. В разные периоды истории у граждан были равные права, равные обязанности — но равных возможностей не было никогда. Не в последнюю очередь потому, что в России исторически сильны репрессивные механизмы.

Попасть между жерновами обвинения и приговора очень просто, выбраться удается единицам. История Константина Вачевских, обвиняемого по «предпринимательской» 159 статье УК, с одной стороны, типична — число обвиняемых по ней растет вместе с числом предприятий, не справившихся с кризисом и неспособных отдать кредиты банкам, пишет «Век». Но есть и существенное отличие — в случае с Константином кредит банку был полностью погашен. Несмотря на это, банк продолжает щедро тратить государственные деньги, вот уже два года удерживая Вачевских за решеткой.

В один из тяжелейших периодов в жизни нашей страны, с 1917 по начало 1920 годов, Октябрьский переворот и гражданская война вынудили бежать за границу огромное количество людей. По разным оценкам, оно составило от 1,5 до 2,5 млн человек. Не в последнюю очередь их толкнуло на это ощущение бесправия в рамках новой правовой системы. То есть буквально отсутствие единых и справедливых для каждого гражданина законов и правил. По данным Росстата, только в прошлом, 2015-м, году из страны уехало 350 000 человек — главным образом бизнесменов и представителей среднего класса. Прошло сто лет, но многими эмигрантами движут все те же причины, что и Буниным, Набоковым, Сикорским.

Казалось бы, бизнесмены и представители среднего класса — как раз те, кому на Руси жить хорошо. На деле, однако, они оказываются наименее защищены перед законом — в силу того, что у них есть деньги, их банально выгодней судить. В прошлом году в издании Век была опубликована резонансная статья «Личное дело бизнесмена Вачевских«, в которой с цифрами в руках доказывалось, что уголовное дело против известного предпринимателя инициировано Сбербанком и носит заказной характер. В статье смущало одно противоречие — на момент выхода материала банк, обвинивший предпринимателя в мошенничестве, уже вернул все выданные в кредит деньги. При этом деньги банк выдавал не Вачевских, а некогда принадлежащему ему ОАО «Амуркабель», и получил не с Вачевских, а с Амуркабеля, при реализации залогового имущества. То есть банк реализует находящееся у себя же в залоге имущество, возвращает деньги и, не дожидаясь окончания реализации, обвиняет предпринимателя в мошенничестве. Но где здесь мошенничество? В чем мотив Сбербанка? Это инерция делопроизводства в огромной структуре или сведение счетов? Разобраться в этом проще, чем кажется.

Константин Вачевских обвиняется в хищении денежных средств, принадлежащих Дальневосточному банку ОАО «Сбербанк России». При этом его статья, 159 УК, не предполагает ограничения свободы до вынесения приговора. Тем не менее, это не помешало суду 22 декабря 2014 года заключить Вачевских под стражу. Предприниматель просидел в СИЗО полгода, после чего защита добилась изменения меры пресечения на домашний арест — суд принял во внимание наличие у Вачевских тяжелой формы диабета. Однако уже через неделю предприниматель снова отправился в СИЗО — суд посчитал, что он нарушил условия содержания под домашним арестом. Полгода ушло на то, чтобы убедить судью в том, что для аппаратуры, контролирующей условия содержания, нередки технические сбои и что у дверей квартиры Вачевских дежурили сотрудники полиции, исключающие нарушение условий содержания. Наконец, в сентябре этого года суд постановил сменить меру пресечения на домашний арест. И снова, как по заказу, уже через неделю юристы Сбербанка обжаловали это решение и отправили предпринимателя обратно в тюрьму.

Это выглядит как давление на обвиняемого, у которого и так по определению прав немного. Нет достаточных доказательств нарушения режима домашнего ареста? Неисправность оборудования подтверждена материалами дела? Существуют показания свидетелей о том, что Вачевских не покидал квартиры? Суд все равно отправит тебя в СИЗО. Нет оснований к заключению под стражу, есть тяжелое заболевание? Будешь сидеть.

Между тем в материалах дела имеются платежные поручения и судебные акты арбитражного суда, подтверждающие погашение ущерба, причиненного ПАО «Сбербанк России» в полном объеме — в общей сумме банку уплачено 379 533 138,58 рублей, что превышает сумму ущерба на 1 509 598,58 рублей. Эти деньги банк получил в результате аукциона в рамках банкротства ОАО «Амуркабель». Проще говоря, Амуркабель получил кредит под залог, не справился с кризисом, ушел на банкротство, и для погашения кредита конкурсный управляющий реализовал залог. Деньги за залог были переведены Амуркабелю, тот расплатился ими со Сбербанком. Расплатился целиком (да и банкротство Амуркабеля еще не окончено). Формально причин держать Вачевских под стражей, да и просто предъявлять ему обвинение, у Сбербанка нет.

Но это только формально. Представитель Сбербанка А. Христенко в суде заявил, что банк понес большие расходы в ходе предварительного следствия. Возникает вопрос, на что — ведь следствие ведут государственные структуры. Тем не менее, общая стоимость договора по представлению интересов Сбербанка в ходе предварительного следствия и судов (а это составление плана следственных мероприятий, обеспечение интересов по предъявлению обвинения, представление в суде и, конечно, достижение обвинительного приговора) — почти 150 (!) миллионов рублей. Сбербанк продолжает щедро платить за то, чтобы адвокат из Москвы прилетал на каждое судебное заседание — а летает он в Хабаровск исключительно первым классом (билет от 150 000 рублей) и живет в лучших отелях города. Органы следствия работают в одной связке с банком, годами (с 2011 года!) оплачивая бесконечные экспертизы, командировки, допросы. Уголовное преследование получили и партнеры Вачевских, а вместе с ним и весь набор инструментов давления — арестованные счета, допросы, экспертизы.. Конечно, тратить государственные проще, чем свои, но складывается впечатление, что банк изначально был более заинтересован именно в том, чтобы Вачевских оказался за решеткой, а не в том, чтобы вернуть кредит.

Более того, в период предварительного расследования мать предпринимателя неоднократно направляла в банк письма о предоставлении ей реквизитов для перечисления денежных средств в счет погашения долга перед банком. Банк отказывал ей в предоставлении реквизитов и уклонялся от получения денежных средств в рамках процедуры банкротства ОАО «Амуркабель», что установлено вступившими в силу судебными актами арбитражного суда Хабаровского края. Это подтверждает то, что банк сводит личные счеты с Вачевских, а необъективность суда позволяет ему это делать.

Основание для обиды банка на Вачевских легко найти в интернете — несколько лет назад он помог следователям ФСБ раскрыть схему вымогательства сотрудниками Сбербанка. Непосредственные участники получили реальные сроки, а их руководство, очевидно, лишилось привычной статьи дохода. Вот так просто разгадывается загадка, почему Сбербанк правдами и неправдами настаивает на содержание предпринимателя в СИЗО. Когда мотивом становится месть, деньги отходят на второй план.

Ведь Сбербанк России — не единственный кредитор структур, к которым Вачевских имел отношение. Все остальные банки пошли ему навстречу, реструктуризировав кредиты. В итоге на сегодняшний день погашены долги не только перед Сбербанком, но и перед Межрегионбанком, Новым Московским банком, Мосводоканалбанком.

Однако, как говорил Макиавелли, можно простить смерть отца, но не потерю вотчины. Иначе говоря, можно простить три с половиной года тюрьмы Вячеслава Похлебина, замруководителя управления проблемных активов Центрального Сбербанка и Павла Коника, руководителя управления проблемных активов Среднерусского Сбербанка. Но простить потерю отлаженной схемы вымогательства — живые ж деньги! — руководители Коника и Похлебина оказались не готовы. Вачевских стал заложником ситуации. Его судьбу давно решает не суд, а топ-менеджмент Сбербанка, готовый списать десятки государственных миллионов, но показательно отомстить предпринимателю. В связке с безотказными механизмами следствия, судов и федеральных СМИ, банки почти всесильны. И, как мы уже говорили, дело Вачевских с позиций работы этих механизмов — очень типичное, говорящее другим бизнесменам — или встраивайся в существующие схемы, или рискуй свободой. Как мы видим из статистики Росстата, очень и очень многие предпочитают просто не быть предпринимателем в России.

Оригинал статьи — на сайте ИА Regions.ru

На крючке у Сбербанка

Информационное агентство «Роспрес» (свидетельство о регистрации СМИ № ФС77-33417, выдано Федеральной службой по надзору в сфере связи и массовых коммуникаций) опубликовало смелый и честный материал о практике вымогательства денег у должников топ-менеджментом Сбербанка, и предположило дальнейшее развитие событий в уголовном деле К.Ю. Вачевских. Оригинал статьи можно почитать на сайте ИА.

Рейдерские схемы под руководством Германа Грефа и его первого заместителя Светланой Сагайдак. Поддержка – силовики и судейский корпус.

В последние годы не редкими стали случаи, когда предприниматели, открыв кредитную линию в Сбербанке, лишаются не только своего бизнеса, но и оказываются за решеткой. А крупнейший коммерческий банк страны с государственным контрольным пакетом все чаще выступает в роли обычного рейдера, а иногда и просто вымогателя.

Январь 2008 года. Группа компаний «МАИР» Виктора Макушкина берет в Сбербанке кредит на сумму около 2 миллиардов рублей. Однако, начавшиеся через некоторое время проблемы в дочерних компаниях «МАИРа» (возбуждение уголовных дел, аресты счетов), создали серьезные проблемы с обслуживанием долга перед Сбербанком. А 10 августа 2009 года дело возбуждают уже в отношении самого Макушкина по статье «Мошенничество». В правоохранительные органы поступило заявление из банка, что предприниматель взял кредит, изначально не собираясь его возвращать. Виктор Макушкин, не дожидаясь ареста, уезжает из страны на Кипр, власти которого отказались экстрадировать бизнесмена на Родину.

2012 год. Пресненский районный суд приговорил владельца холдинга «Энергомаш» Александра Степанова к четырем годам лишения свободы за мошенничество с кредитом Сбербанка на 12 миллиардов рублей. Предпринимателя арестовали прямо в здании Сбербанка годом ранее, куда он приехал договариваться о реструктуризации долга.

В 2014 году суд Нижнего Новгорода приговорил главу холдинга «Алтэкс» Андрея Городнова к шести годам лишения свободы. Профессор Высшей школы экономики Городнов был виновен только в том, что не смог справится с последствиями кризиса 2008 года, и его компании, обанкротившись, не смогли вернуть Сбербанку 500 млн рублей кредитов. Вскоре после приговора суда все активы отошли в пользу Сбербанка.

Сначала деньги, потом в тюрьму

За большинством громких и не очень историй стоит заместитель председателя Сбербанка Светлана Сагайдак. Еще несколько лет назад она возглавляла в банке департамент по работе с проблемными активами. А в деле владельца «Амуркабеля» Константина Вачевских её непосредственные подчиненные проявили себя во всей красе и не постеснялись даже перед захватом бизнеса еще и потребовать от него перевести крупную сумму на счёт подконтрольной им оффшорной компании.

История «Амурского кабельного завода» и его основного владельца Константина Вачевских с одной стороны проста и понятна, в свете практики работы Сбербанка со своими крупными клиентами (выдать кредит, а затем, благодаря своим связям возбудить уголовное дело по излюбленной силовиками 159 Статье УК «Мошенничество»), с другой – выходит за рамки здравого смысла. Вачевских, согласно заявлением его представителей, полностью погасил свой долг перед банком, но вот уже два года продолжает сидеть в СИЗО.

В 2007 году «Амуркабель» открывает в Сбербанке кредитную линию в валюте на закупку импортного оборудования. Сумма займа более 700 млн рублей. Все кредиты были обеспечены залогами, как самого оборудования, так и продукции завода по цене ниже рыночной, но полностью покрывающей взятые суммы. Но кризис 2008 года ложится тяжелым бременем на всех производителей, использующие импортные комплектующие или взявшие кредиты в валюте. «Амуркабель» не стал исключением. В результате обесценивания рубля в два раза сумма кредитов, естественно, увеличилась в два раза. А стоимость продукции упала в два раза в результате снижения спроса на продукцию.

В 2010 году завод просит Сбербанк о реструктуризации кредита и предлагает погасить 250 млн рублей долга вперед, а на оставшуюся задолженность дать рассрочку на 7 лет.

Однако в этот сложный для предпринимателей период президент Сбербанка Герман Греф создает рабочую группу по работе с крупнейшими должниками, в числе которых оказался и Константин Вачевских. В группу вошел заместитель Светланы Сагайдак, возглавляющей в то время департамент по проблемным активам, Вячеслав Похлебин, а так же исполняющий обязанности директора управления по работе с проблемными активами юридических лиц Среднерусского банка Сбербанка Павел Коник.

Как сообщала газета «КоммерсантЪ», Коник «в октябре 2009 года, по версии СКР, предложил своему знакомому Денису Васехе также поучаствовать в возврате денег. А когда тот согласился, способствовал получению доверенности банка, разрешающей подобную деятельность. Получив этот документ, 20 июня прошлого года господин Васеха по указанию банкира Коника впервые встретился с господином Вачевских в ресторане «Глобо» на Новом Арбате, где, предъявив доверенность, объяснил должнику, что теперь все проблемы со Сбербанком надо решать через него, и предложил «начать переговоры об урегулировании задолженности». Бизнесмен согласился, а высокопоставленные работники Сбербанка, узнав об этом, как считает следствие, и «действуя из корыстных побуждений», решили получить с должника «незаконное материальное вознаграждение». Но «понимая, что без участия Дениса Васехи достичь этой цели невозможно» банкиры рассказали посреднику о своих планах, пообещав не только поделиться с ним откатом, но и в дальнейшем привлекать его для взыскания долгов. Посредник на эти условия согласился и, встретившись вечером 25 июня с господином Вачевских в ресторане «Балкон» на Новинском бульваре, объяснил, что если он заплатит откат, то долг не только будет погашен со значительным дисконтом, но он также сохранит под своим контролем и имущество, находящееся в залоге у Сбербанка. Бизнесмен, опасаясь подвоха, попросил подтверждения этой схемы, и спустя четыре дня уже господин Похлебин, встретившись с должником в своем рабочем кабинете в центральном офисе Сбербанка на улице Вавилова, подтвердил слова посредника. В соответствии с разработанным планом «откат» в сумме 100 млн рублей тремя траншами должен быть перечислен на счет кипрской Zytec Limited, подконтрольной сотрудникам Сбербанка. Взамен долг господина Вачевского сокращался на 52% и передавался подконтрольной ему компании «Люандр». Причем большую часть денег господин Похлебин требовал, считает следствие, перечислить до заседания комитета по проблемным активам Сбербанка 9 августа, на котором якобы эта схема будет одобрена. В ходе дальнейших встреч с господином Похлебиным должник, как установили в СКР, окончательно убедился в том, что его взаимоотношения со Сбербанком можно «урегулировать только при условии передачи» вознаграждения. Однако довести до конца свой преступный умысел обвиняемому не удалось. Константин Вачевских обратился с заявлением в ФСБ, ее сотрудники задержали всех участников группы. Впрочем, в отличие от многих подельников, которые заключили сделки с прокурором о сотрудничестве, Вячеслав Похлебин вину не признал, а его адвокат настаивает на отсутствии в действиях подзащитного состава преступления. Как отметил «Ъ» господин Жеребенков, банкир не мог вынести решение о погашении долга в одиночку, так как подобные решения принимаются в Сбербанке коллегиально».

Взятые с поличным оперативниками ФСБ топ-менеджеры Сбербанка и посредник получают реальные сроки. Вячеслав Похлебин — 3,6 лет лишения свободы. Павел Коник — 3,6 лет лишения свободы. Денис Васеха — 2,5 года лишения свободы. Похлебина позже освободят по УДО — одно из условий условно досрочного освобождения — полное признание вины. Повторимся, что оба вымогателя — из команды Светланы Сагайдак, тогда директора управления проблемных активов Центрального Сбербанка, а сейчас – заместителя Германа Грефа.

Греф и его будущий заместитель Сагайдак в ярости. Президент Сбербанка лично подписывает письмо на имя министра МВД Владимира Колокольцева с просьбой разобраться с Вачевских. В 2014 году против предпринимателя возбуждают дело по всей той же 159 статье УК РФ и помещают за решетку. А Сбербанк начинает блокировать работу «Амуркабеля» и, арестовав через суд недвижимость предприятия, распродавать его активы.

Кстати, успешный опыт обращений к первому лицу в МВД, Греф получил еще в процессе атаки на руководство компании «Алтэкс». Как уверяют ряд СМИ, Светлана Сагайдак подготовила письмо на имя тогдашнего министра Рашида Нургалиева, а президент Сбербанка его подписал, с просьбой возбудить уголовное дело против владельца компании Андрея Городнова. И эта просьба была вскоре выполнена.

Сын генерала МВД в деле Сбербанка

В редакцию поступил документ, который можно определить как протокол допроса Дмитрия Тесиса, учредителя ЗАО «Сотби» и сына генерала МВД в отставке Савелия Тесиса. В 1999 году Тесис-старший возглавлял главное управление по борьбе с экономическими преступлениями, а после отставки ушел работать в бизнес-структуры. Сбербанк сделал «Сотби» промежуточным звеном между должником Вачаевских и фирмой Дениса Васехи в вопросе взыскания долгов.

Из показаний Дмитрия Тесиса:

Вопрос следователя: Объясните почему Вы в соответствии с агентским договором не осуществляли постоянный контроль и координацию действий Васехи по урегулированию им проблемной задолженности ООО «Группа компаний Металлоинвест-Маркет» перед Среднерусским Банком Сбербанка?
Дмитрий Тесис: Де-факто именно представитель Сбербанка России порекомендовал заключить агентский договор с компанией, которую представлял Васеха. Мне лично было понятно, что они находились в прямом контакте и все оперативные вопросы решали без «Сотби».
Вопрос следователя: Какую сумму должно было получить ЗАО «Сотби и Денис Васеха по договору в случае урегулирования вопроса задолженности?
Дмитрий Тесис: По договору ЗАО «Сотби» получило бы 2% от суммы превышающей 180 миллионов рублей, а 18% от суммы превышающей 180 миллионов рублей ЗАО «Сотби» должно было перечислить ООО «Управляющая компания» Васехи.

Тесная связь банкиров топ-уровня, силовиков, судей и решал разных мастей может говорить только об одном – дело по отъему чужого бизнеса в Сбербанке поставлен на широкую ногу.

Заплатил и сиди спокойно

После ареста Константина Вачевских доступное Сбербанку России имущество было выставлено на торги — распродано новейшее импортное оборудование, товарное обеспечение залогов. Внесено около 80 млн рублей поручителями этого злосчастного кредита. Таким образом, нанесенный ущерб банку погашен. Однако, завод по прежнему заморожен, все имущество арестовано, а его бывший владелец продолжает находится в тюрьме.

Топ-менеджеры Сбербанка хотят взять с этого дела все до последнего патрона. А Светлана Сагайдак опять не при делах, хотя счет заместителя Грефа на Кипре, куда должны переводить откаты, такие как Вачевских, по некоторым данным, может быть подконтролен именно ей.

В начале ноября Константину Вачевскому предстоит пережить ещё один суд. Сбербанк готовится к нему с особой тщательностью. В прессе развёрнута полноценная кампания цель которой — представить предпринимателя в глазах общественности серьёзным мошенником. То, что информация в многочисленных публикациях и сюжетах давно устарела, а в отношении не погашенных кредитов ещё и не достоверная, никого не смущает. Да и на общество банкирам по сути плевать. Основная задача — надавить на суд. В противном случае дело Вачевских обречено на провал. А в умении давить на людей опыта у топ-менеджеров крупнейшего банка страны опыта не занимать. Технологии с привлечением СМИ банкиры используют с самого первого дня ареста бизнесмена. Сначала пытались создать образ мошенника, затем применили вообще «запрещённый» в этой сфере приём — давление на семью: угрозы тюрьмой жене Вачевского. Ведь намного легче разговаривать с жертвой, если близкие находятся в заложниках у вымогателей. Под таким моральным грузом каждый нормальный человек наверняка подпишет любое признание.

Но на один главный вопрос в этом деле ответа за долгие годы так никто и не получил – как так получается, что заместитель Сагайдак Вячеслав Похлебин за доказанный факт вымогательства у Вачевских отсидел в тюрьме меньше, чем сам Вачевских в СИЗО, ожидая суда за якобы хищение денег. Деньги при этом лежат на счётах самого Сбербанка.

Дело № А73- 4904/2015: последние новости

Мы продолжаем знакомить вас с последними событиями вокруг Амурского кабельного завода и его бывшего владельца. Напомним, что ключевым моментом последних месяцев стало обращение ПАО «Сбербанк России» в Арбитражный суд Хабаровского края с иском о признании недействительными сделок по продаже недвижимого имущества, заключенных ОАО «Амурский кабельный завод» в 2005 г. Таким образом, банк пытался оспорить сделки, заключенные за 2,5 года до выдачи кредитов, и в случае успеха претендовал бы на часть недвижимости завода.

Банк указывал в исковом заявлении, что вся деятельность ОАО Амурский кабельный завод» (включая деятельность до выдачи кредита) была фиктивной и сделки по продаже недвижимого имущества осуществлялись с интересах Вачевских К.Ю., который таким образом был намерен причинить ущерб Банку.

Решением Арбитражного суда Хабаровского края от 24.08.2015 г. в удовлетворении исковых требований банка было отказано. Суд указал, что требований банка не основаны на законе. Однако банк не согласился с указанным решением и обжаловал решение суда первой инстанции в Шестой арбитражный апелляционный суда. В рамках суда апелляционной инстанции банк неоднократно пытался увязать арбитражный процесс с уголовным делом в отношении Вачевских К.Ю.

Но 14.04.2016 г. постановлением суда апелляционной инстанции в удовлетворении жалобы Банка было отказано. Решение суда первой инстанции вступило в законную силу. Резулятивная часть судебного решения появится у нас на сайте уже завтра, мотивировочная — в течение недели.

KhabTIME о ситуации вокруг дела Вачевских

В августе прошлого года региональное сетевое издание KhabTIME, специализирующееся на освещении событий в Хабаровском крае, сообщило о признании незаконным сделок по выведению недвижимости из собственности Амурского кабельного завода. Это судебное решение стало ключевым моментом дела, в результате которого уже вернувший сто процентов задолженности Сбербанк стал претендовать еще и на недвижимость. После изучения материалов дела, издание опубликовало новый материал, целиком опровергающий предыдущий и раскрывающий схему рейдерского захвата завода Сбербанком.

Мы приводим выдержки из этого опровержения, целиком с ним можно ознакомиться на сайте издания.

.. Арбитражный суд Хабаровского края признал незаконными сделки по выведению из собственности завода недвижимости.

24.08.2015 Арбитражный суд Хабаровского края отказал Сбербанку в признании сделок недействительными, что подтверждает официальный судебный документ с официального сайта. На данный момент суд придерживается своего решения.

Арбитражный суд Хабаровского края признал незаконными сделки по выведению из собственности завода недвижимости. Именно из-за этих потерь завод позже пришел к банкротству.

Перевод недвижимости завода на другие, но подконтрольные заводу и Константину Вачевских юридические лица, не является потерей в прямом смысле слова. Завод не был продан, продолжал функционировать и развиваться. Данная мера была обусловлена попыткой защитить завод от рейдерских захватов, пример которого мы можем сейчас наблюдать, так как завод уже один раз был захвачен в 98 году и вернулся к владельцу только в 2004, когда Администрация Хабаровского края, разворовав завод, выставила его на торги, что подтверждено решением арбитражного суда Хабаровского края от 30.04.2008

Земельные участки и недвижимость были выведены из активов завода в 2005 году. Эти сделки поставили завод на грань банкротства, потому что он должен был выплатить Сбербанку кредит в размере 517 миллионов рублей, а платить, в итоге, оказалось нечем.

Перевод недвижимости завода на другие, но подконтрольные заводу и Константину Вачевских юридические лица никак не влияют на экономическую деятельность предприятия. Все полученные займы были обеспечены залогами оборудования и ТМЦ, что подтверждает выписка из книги записи залогов:

Ни один вид недвижимости завода не был предметом залога, весь кредит обеспечивался продукцией и новейшим оборудованием, о чем говорится выше. Так же сама по себе недвижимость не приносит прибыль, так как является обеспечением деятельности завода. Она может быть источником прибыли только при сдаче ее в аренду или продаже, что является разбазариванием имущества, чем и занимается Сбербанк.

Все кредиты успешно гасились в срок до наступления кризиса 2008 года. 2010-2012 гг. шла переписка с попытками реструктуризировать кредит, из-за финансовых проблем, которые явились следствием кризиса, при этом завод был готов погасить половину кредита вперед, а остаток растянуть на 7 лет, что подтверждает задокументированная переписка.

Имущества АКЗ недостаточно для погашения всех долгов.

Все займы были обеспечены залогами оборудования и ТМЦ, что подтверждает выписка из книги записи залогов. Нанесенный, декларируемый ущерб Сбербанку составляет 378 млн рублей и погашен в полном объеме, что подтверждают следующие материалы, частично представленные на официальном сайте материалов Хабаровского судебного института: раз, два, три, четыре.

Следствие считает, что Вачевских специально перевел активы завода на другие компании, чтобы не возвращать огромный долг Сбербанку.

Перевод недвижимости завода на другие, но подконтрольные заводу и Константину Вачевских юридические лица никак не влияют на экономическую деятельность предприятия. Но предохраняют от попыток отобрать завод и распродать его на аукционе.

По факту произошло следующее, Константин Юрьевич взял кредит в Сбербанке и купил оборудование, привез его на завод поставил и запустил чтобы зарабатывать деньги, успешно гасил кредит до кризиса, который затронул всех. Напомню что курс доллара и евро увеличился в два раза (кредиты были валютные), а значит что займ сделанный в 2007 году внезапно увеличился в два раза, а общий спад производства уронил цены на продукцию в два раза. И не смотря на это завод продолжал функционировать и активно искать решение.

Вместо этого Сбербанк заказал уголовное дело против Константина, а впоследствии заблокировал работу завода и продал новейшее, приносящее прибыль оборудование с аукциона, потребовав арестовать недвижимое имущество и признать сделки 2005 года (за два года до выдачи кредита) недействительными, так как имеет место злой умысел по невозврату кредита. И это при том, что вменяемый ущерб составляет 378 млн., которые полностью погашены. Оставшаяся сумма — это недополученная прибыль, которую Сбербанк наверняка надеется возместить продажей с аукциона недвижимого имущества завода.

В данном случае мы имеем не мошенническую схему по краже кредита, а факт рейдерского захвата предприятия с целью быстрого обогащения, следствием которого является разбазаривание народного достояния и потеря рабочих мест для более 500 работников завода.

Уголовное преследование как бизнес-риск

В кризис предпринимательская деятельность становится особенно уязвимой с точки зрения риска неисполнения взятых на себя обязательств. И не потому, что у предпринимателя был умысел не исполнить договоры, а в силу сложившейся на рынке ситуации. Возникает вопрос: насколько уместно здесь применение уголовного права?

Мне, как представителю обвиняемого в неисполнении кредитных договоров, выпала возможность ознакомиться с материалами нашумевшего дела. Для понимания ситуации предыстория: в отношении К.Ю. Вачевских возбуждено уголовное дело по ст. 159 ч. 4 УК РФ по обвинению в хищении кредитных денежный средств Дальневосточного отделения ПАО «Сбербанк России». Суть состоит в том, что ОАО «Амурский кабельный завод» взял кредиты и после кризиса 2008 г. не смог их вернуть. Несмотря на то, что кредиты получало юридическое лицо, именно К.Ю. Вачевских обвиняют в хищении 378 миллионов рублей. Сразу же возникает ряд вопросов, в которых отражаются основные проблемы применения уголовной ответственности к предпринимателям.

Как следствие доказывает умысел на совершение преступления?

В Постановлении Пленума ВС № 51 от 27 декабря 2007г. «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате» большое значение придается доказыванию умысла, как одного из составляющих преступления, что напрочь отсутствует в обвинительном заключении, предъявленном моему подзащитному. О каком умысле можно говорить, если кредиты брались, начиная с 2006 года, и по ним до 2009 года добросовестно производились все выплаты, а также, если все кредитные обязательства обеспечены залогами движимого и недвижимого имущества с 50% дисконтом от их оценочной стоимости? На сегодняшний день в рамках процедуры банкротства все залоги успешно реализованы и денежные средства в сумме 380 млн. руб. направлены в погашение кредитов ПАО «Сбербанк России».

Не преждевременны ли выводы следствия о наличии ущерба?

Ущерб, предъявленный следствием по результатам экспертизы, проведённый в рамках уголовного дела, определялся без учёта стоимости залогового имущества, что противоречит здравому смыслу и основам законодательства. Более того именного из стоимости заложенного имущества и произошло погашение требований ПАО «Сбербанк России», что доказывает тот факт, что следствие увидело ущерб тогда, когда он еще в принципе не мог возникнуть.

Предприниматель или нет?

Следствием установлено, что К.Ю. Вачевских был акционером ОАО «Амурский кабельный завод», т.е., если он и должен нести ответственность, то по предпринимательской статье ст. 159 прим. 4 Уголовного Кодекса РФ, действовавшей на момент возбуждения уголовного дела. При квалификации по этой статье к нему не может быть применена мера пресечения в виде заключения под стражу, однако обвиняемый содержится под стражей с 17 декабря 2014 года. (Постановление Пленума ВС РФ № 41 от 19 декабря 2013г. «О практике применения судами законодательства о мере пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога»). В логике следствия возникает неустранимое противоречие, а именно: при получении кредита ОАО «Амурский кабельный завод» осуществлял предпринимательскую деятельность, а его акционер К.Ю. Вачевских, по-видимому, нет. В то же время если бы К.Ю. Вачевских был бы индивидуальным предпринимателем, то необходимость и основания держать его под стражей сразу бы исчезли, т.к. наличие или отсутствие статуса ИП по логике следствия существенным образом влияет на возможность оказания давления на свидетелей, попытку скрыться и т.п. Необходимо отметить, что обвиняемый страдает заболеваниями, которые исключают его содержание под стражей согласно Постановления Правительства РФ №3 от 14 января 2011г. №3, что подтверждается Медицинским заключением, выданным в установленном законом порядке. Но, как мы видим, даже «железные» основания применяются на усмотрение суда.

Почему ПАО «Сбербанк России» пытается обратить взыскание на недвижимость, до выдачи кредитов принадлежащую ОАО «Амурский кабельный завод», если задолженность по кредитам погашена?

Оспариваемые сделки были совершены в начале 2005 года, а первые кредиты были выданы только в 2006 году и сразу направлены на аккредитивы в счёт оплаты нового оборудования (шло техническое перевооружение завода). Выдавая кредитные средства ПАО «Сбербанк России» знал, что указанное имущество не принадлежит заводу. В настоящее время рассмотрение арбитражного дела приостановлено до вступления в силу приговора Кировского районного суда г. Хабаровска. В арбитражной практике не принято приостанавливать дела до рассмотрения уголовных дел, поскольку всегда имеется возможность при наличии обвинительного приговора пересмотреть арбитражное дело по новым обстоятельствам. В данном случае приходит в голову слова судьи КС РФ К.В. Ароновского, который высказал, цитирую, «опасения использования уголовной репрессии как противоправного орудия в целях рейдерства… поскольку предпринимательская деятельность представляет собой объект корыстных интересов…».

Несмотря на все трудности, усилиями управляющего и персонала производственный комплекс сохранён, задолженность по з/п выплачена. Однако из-за попыток ПАО «Сбербанк России» обратить взыскание на недвижимость, ситуация с заводом продолжает оставаться сложной. Юридическое лицо, выкупившее оборудование, производственную линию, готово приступить к производству кабеля, однако арест недвижимого имущества в рамках уголовного дела и судебные споры делают неосуществимыми эти планы. Такое положение дел отпугивает и других потенциальных инвесторов. Правительство Хабаровского края только на словах обеспокоено судьбой завода, на судебных процессах в арбитражном суде по делу об изъятии производственного комплекса оно выступает на стороне ПАО «Сбербанк России».

Приходится констатировать очевидное — предпринимательский риск при получении кредитных средств приобретает для любого бизнесмена вид уголовного преследования. Либо это погашение процентов и выплата основного долга, либо как минимум несколько лет лишения свободы, т.к. несвоевременный возврат кредитных средств или банкротство автоматически означают мошенничество независимо от экономических причин, приведших к этому.

Владимир Самарин

Обращение пресс-службы К.Ю. Вачевских к СМИ

Пресс-служба Константина Вачевских просит внимательно отнестись к развитию дела о банкротстве Амурского кабельного завода и на его примере обратить внимание на инструменты современного рейдерства, а также характер расследования многих обвинений по 159 статье УКРФ.

Если Ваше СМИ считает форматными события, происходящие в этой социальной сфере, то пресс-служба К. Ю. Вачевских может предоставить большой объём содержательного контента по данному информационному направлению.  А также актуальную на сегодняшний день информацию о ходе расследования по Амуркабелю, так как ситуация в таких делах обновляется еженедельно. Вы не сможете найти более полного архива документов по данному процессу.

Вся предоставляемая информация легко проверяется, источники являются официальными. Фактическая и аргументационная база обширна и может стать основой для уникального  материала любого объема, а разнообразие деталей позволяет адаптировать заметку или обзор соответственно задачам издания.

Пресс-служба Константина Вачевских заинтересована в появлении разнообразных и актуальных статей по экономическим преступлениям и особенностям судопроизводства этих процессов. А также в публикации материалов о функционирующих рейдерских схемах, что снижает влияние подобных кампаний, очерняющих как российскую экономику, так и отечественные средства массовой информации. Появление профессиональной и своевременной альтернативной информации по каждому такому событию — лучший способ нивелирования этого явления, как минимум, в медиапространстве нашей страны.

Пресс-служба К. Ю. Вачевских ни в коем случае не стремится оказать влияние на выводы, к которым может прийти редакция СМИ в результате аналитики предоставляемой информации, как и на дальнейшее содержание гипотетических материалов.

На сегодняшний день ситуация по расследованию дела АМК и заключению Константина Вачевских под стражу развивается следующим образом : Амурский кабельный завод не функционирует уже больше года, оборудование продано в счет уплаты кредитов Сбербанкуа недвижимое имущество предприятия находится под арестом.

(Если Вы в первый раз слышите о банкротстве АМК, то здесь можно узнать краткую историю и последовательность основных событий,)

Сбербанк России пытается опротестовать сделки 2005 года, в результате которых территория и здания завода были проданы нескольким компаниям, которые впоследствии сдавали эти площади заводу в аренду. Банк считает эти сделки аффилированными, сторона Вачевских рассматривает проведение данных сделок, как единственную эффективную защиту от попыток рейдерских захватов, поскольку в 1998 году в результате действий Генерального директора завод поменял собственника. На возврат завода ушло несколько лет и огромные материальные ресурсы. Один раз суд уже спасал завод от захвата. На момент принятия решения о выдаче кредитов в 2007 году факт проведения сделок по недвижимости не вызвал подозрений и не помешал банку принять утвердительное решение о кредитовании завода. Приняв это во внимание, суд признал претензии банка необоснованными.

Теперь это дело рассматривается в апелляционной инстанции. Сбербанк России мотивирует свои действия задолженностью предприятия, невзирая на то, что погашено 390 млн руб., а остаток долга, 119 млн руб., является процентами и прибылью банка, от выплаты которых завод не отказывается.

Таким образом, на данный момент АКЗ принадлежит нескольким бизнес-структурам, неспособным по независящим от них причинам возобновить производственную и предпринимательскую деятельность завода. Никакие реальные действия по восстановлению функционирования на данном этапе невозможны, так как ни один инвестор не будет вкладывать денежные средства в развитие сложного производства при постоянной угрозе захвата имущества в пользу третьих лиц. Сможет ли предприятие вновь начать выпуск продукции, теперь зависит от множества факторов:

  1. Правительство Хабаровского края активно участвует в судебных процессах, поддерживая попытки банка забрать завод у его собственников. Кроме опасений Виктора Калашникова, высказанных на парламентском часе в Закдуме, о том, что «крупнейшие предприятия края — «Дальмостострой», «Амуркабель», «Амурметалл» — просто раздербанят и растащат по кускам», никаких видимых действий для сохранения предприятия правительством региона не принимается.
  2. Незаконные действия правоохранительных органов города Хабаровска, которые в рамках расследования уголовного дела в отношении Вачевских К. Ю. арестовали все недвижимое имущество завода. Имущество завода по версии следствия должно обеспечивать возмещение ущерба, причиненного банку Вачевских К. Ю. Ущерб по версии следствия составляет 378 млн руб., при этом банку погашено 390 млн руб., т. е. арест на имущество наложен по надуманным доводам исключительно для поддержки незаконных намерений банка по захвату завода.
  3. Можно говорить о наличии в этом процессе значимой административной воли, нивелирующей любую бизнес активность в отношении предприятия уже больше года. АКЗ лишён возможности зарабатывать и гасить займы из прибыли. Единственным способом ликвидации задолженности остается продажа активов предприятия. Наиболее социально значимы и не защищены в этой ситуации интересы региона и более чем 600 сотрудников, чьи рабочие места пустуют.

С какой целью Сбербанком выдавались кредиты? Если для модернизации производства, на что они и были задействованы, то банком должно учитываться влияние кризиса на предприятие, полностью обновившее производственную линию и сумевшее погасить полную сумму займа. Пока кредитные организации не учитывают подобные риски и продолжают по причине недополученной прибыли вести уголовное преследование предпринимателей, бизнес в такой ситуации отвечает за несовершенство российской экономики не только деньгами, но и свободой руководителей. Всё это говорит о предрасположенности российского законодательства к рейдерству.

Пресс-служба Константина Вачевских просит вас опубликовать статью о происходящем в соответствии с форматом вашего СМИ, с просьбой к  Хабаровскому краевому суду России учесть возможность попытки рейдерского захвата со стороны Сбербанка России при рассмотрении материалов данного дела и удовлетворить ходатайство, составленное адвокатом К. Ю. Вачевских.

Пресс-служба К. Ю. Вачевских